Суд над Татьяной Великановой (1980, 16-2)

N 16 – 31 августа 1980

27-29 августа 1980 в помещении райнарсуда Люблинского р-на г.Москвы выездная сессия Мосгорсуда слушала дело Татьяны Великановой [1979, 21-1]. Председательствовал судья Романов. Государственным обвинителем был зам. прокурора г.Москвы С.Н.Чистяков. Защищать Т.Великанову суд назначил адвоката Лаптеву.

Родственники узнали о начале суда лишь за 45 мин. до его начала. С небольшим опозданием в суд прибыл и был допущен сын Великановой Федор с женой и еще позднее – сестра Великановой Ксения. Остальные родственники и друзья в зал допущены не были. Почти у всех подходивших к суду проверяли документы. На второй день суда двое – Вадим Щеглов и Елизавета Алексеева были задержаны “для выяснения личности”, несмотря на наличие у них при себе паспортов.

Т.Великанова отказалась от всякого участия в суде (во время предварительного следствия она также не подписала ни одного протокола допроса). Она заявила лишь два ходатайства: о допуске в зал друзей и об отказе от адвоката. Оба ходатайства были отклонены. Т.к. Великанова не заявила, что будет защищать себя сама, суд предложил адвокату Лаптевой исполнять свои обязанности.

Т.Великановой инкриминировалось авторства “Хроники текущих событий” NN 28-30 и частей последующих “Хроник”; распространение “Хроник” NN 30-50 “через западных корреспондентов и дипломатов, часть которых была выдворена из СССР за действия, несовместимые с их статусом”, проведение пресс-конференции 30 октября 1979, посвященной Дню Политзаключенного в СССР; подписание 7 открытых писем, в том числе в защиту Сахарова, Буковского, так. наз. “Московского обращения” и др.

Первым допросили в качестве свидетеля сына политзаключенного Сергея Солдатова – Александра, находящегося в лагере по уголовному обвинению. Он свидетельствовал об условиях в лагере, в частности, о снабжении книгами (“книги дают, но подбор не очень хороший”). Солдатов частично изменил показания, данные на предварительном следствии, упомянул, что после ареста его били. Политзаключенный-украинец, находящийся в лагере уже 23 г., свидетельствовал о питании в лагере (“нормальное”). Это, по мнению обвинения, доказывало клевету “Хроники” об условиях в лагерях. Сотрудник лагерной администрации из Херсонской обл. Кондратов, которого “Хроника” N 40 обвинила в антисемитизме, сказал, что это клевета, т.к. “у нас антисемитизма нет”. Женщина-врач одного из лагерей рассказала о хорошем медобслуживании в лагерях. Бывший начальник Т.Великановой по работе рассказал о ее политических взглядах. Г.Е.Королева, племянница квартирной хозяйки, у которой в 1974 Т.Великанова снимала квартиру, рассказала, как она унесла со стола Т.Великановой папку с письмами политзаключенных и сдала ее в милицию. Сын члена Московской Хельсинкской группы Л.Алексеевой Сергей показал, что его мать и Т.Великанова знакомы между собой.

Допросы свидетелей на этом закончились. На другой день были лишь зачтены показания ряда свидетелей на предварительном следствии, относящиеся к малозначительным эпизодам 1971-1974. Были оглашены также данные радиоперехвата материалов пресс-конференции 30 октября 1979, переданных по зарубежному радио.

Адвокат Лаптева произнесла сравнительно энергичную защитительную речь. В последнем слове Т.Великанова сказала лишь: “Фарс окончен, ну и ладно!”. 29 августа 1980 был оглашен приговор: 4 г. лагерей строгого режима и 5 лет ссылки.

====================

См. Суд над Татьяной Великановой «Хроника текущих событий» 58 (ноябрь 1980)

Реклама

Об авторе editors (JC)

translator, researcher, editor
Запись опубликована в рубрике Суд = с метками , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.